РЕКЛАМА1>
Главная » Файлы » Стихи

готические стихи
13.09.2012, 01:35
Бал у Сатаны
Бубны, флейты и волынка-
Шумный бал у Сатаны,
Где же, где твоя улыбка?
Где же, милый, где же ты?

Я ищу тебя глазами.
Музыканты громче бьют.
А вокруг танцуют пары,
Кровь из кубков сладко пьют.

Я стою одна у двери,
Жду твой голос из толпы-
Полу-люди, полу-звери.
Где же, милый, где же ты?

Я ловлю прозрачный воздух,
Пьяный визг пленённых тьмой,
Неизвестных в страшных позах…
Где ж ты, милый, милый мой?

(с) Анна Лагунова-Юннис

Ведьма
Сердце – на вертел, в огонь, в пламя!
Северный ветер скрипит сталью.
В темнице души ни луча света.
В объятиях лжи я будто согрета.

На Лысой горе дождь воет, беснует.
В роскошной парче я с банши танцую.
И ноги в сандалиях в кровь стёрты.
Обнявшись за талии, пляшут на мётлах.

И первая Пятница шепчет, что впредь я
Не ангел – развратница, не дева – а ведьма.

(с) Анна Лагунова-Юннис

А дочка вся в отца

Горит туман, клубится мрак,
Снег сыплет паутиной.
И в старом замке чёрный маг
Колдует над картиной,
Где собирает капли снов,
Видений и кошмаров.
Под писк мышей и комаров,
Сцедив покров с тумана.

Его глаза чудес полны,
А мысли жуткой лаской
Терзают нежный слух луны
Жестокой мрачной сказкой.

Он в полотно вшивает страх
И режет нить зубами,
И над картиной веет прах,
Читая заклинанья.

Он обращается ко мне
Неслышно и спокойно,
Волненье на сухом лице-
Ну что, ты, дочь, довольна?

Я в ножны уберу кинжал
И кровь сотру с лица.
Гостей никто не провожал,
А дочка вся в отца.

(с) Анна Лагунова-Юннис

Готическое
Я помню тучи над могилой -
Навеян Смертью резкий штрих.
Тебя похороню, мой милый,
Несостоявшийся жених.

Оттенок губ лилово-синий,
Погасший свет уснувших глаз.
Какой спокойный и красивый.
Таким ты был, таков сейчас.

Тебе посмертную балладу
Воркует ворон на сосне.
Усни, мой друг, вкусивший яду.
Живи в своем печальном сне.

И снегом припорошит время
Последний дом холодный твой.
А я пойду и вскрою вены,
Мы скоро свидимся с тобой!

(с) Анна Лагунова-Юннис

Зверь
Ты познал уже жажду однажды
И познаешь вкус крови, поверь.
Ты прослушал зов плоти дважды,
В третий раз все услышишь, зверь!

Да, ты зверь, хоть и чресла не в шерсти,
Хоть клыки еще как у людей.
Но в ночи ты с волками вместе,
В этой стае подлунных детей.

Ты бежишь также быстро, как стая.
И в глазах – желтым светом спесь.
Но пока ты себя не узнаешь,
Ты не сможешь быть тем, кто ты есть.

(с) Анна Лагунова-Юннис

Кукла
Столько имён, вы плывёте вокруг,
Меня в центре выставив ваших пристрастий.
И как разобраться, кто враг, а кто друг.
Довлеете силой своей злобной власти.

Иду к одному – он смеётся в ответ,
Другой, опуская глаза ,отвернётся
И сделает вид, что меня рядом нет.
И тоже смеётся, и тоже смеётся.

Я вижу, вам в куклы приятно играть
И дёргать за ниточки неутомимо,
Её можно бросить, а можно сломать-
Смешная невеста шута Коломбина.

Вам нравится думать, что куклы немые,
Не знают обиды, не ведают боли,
У них нет души, ведь они неживые,
Они наслаждаются кукольной ролью.

Ликуйте и радуйтесь вашим успехам!
Кормите конфетами, палками бейте.
Я ваш Арлекин для потехи и смеха.
Вам даже нет дела до кукольной смерти…

(с) Анна Лагунова-Юннис

На Самхейн
Я стяну покрывало с кровати:
Черный шелк, кружева, кружева…
Не накидка, а ведьмино платье,
Что одобрил бы сам Сатана.

И по воздуху, словно по полю,
Босиком – будто я человек.
И ножом – по запястьям, а кровью
Я украшу своей первый снег.

Я Самхейн всей душой полюбила,
Отплатил он мне тем же с лихвой:
По углям раскаленным ходила,
С Асмодеем плясала нагой…

(с) Анна Лагунова-Юннис



Отель
Он будто зверем притаился меж дворами.
И в арке сонной лампы патронаж.
Отель с винно-бордовыми стенами.
И мне сквозь шесть пролетов - на этаж.

Меня у входа в номер встретит маска
Средневекового магистра и врача:
«О, проходи, мой друг, здесь неопасно…»
Ну что ж, зашла, а в кресле спит Чума…

(с) Анна Лагунова-Юннис

Дочь змеи выходит на охоту
Снова ночь выходит на охоту.
Спрячьте души!
Пусть стихия обретает форму:
Из деревни медленно к болоту –
Тихо! Слушай!
Дочь змеи сильна лишь в эту пору.
Вот она и жертву оковала,
Ночь Купала,
И прикрыла тенью безразлично.
Голосила, танцевала, колдовала.
Ленно.Вяло.
Но прекрасно! В ведьмовском обличье…

(с) Анна Лагунова-Юннис

Рандеву с непредвиденным исходом
На краешке ванильной табуретки
Она сконфуженно и сгорбленно сидит.
И запах кожи в кухонной розетке…
Он смотрит на нее, она молчит.
Суицидальным рандеву случилось странно,
Она звала его попить вечерний чай.
Да, он пришел. В менажнице хрустальной
Лишь почерствевший твердый каравай
Нашел он и одернул руку нервно,
«Некроз»,- с сочувствием подумала она,
Решила потчевать заплесневелым хлебом
И налила в бокал воды вместо вина.
Он понимал еще при первой встрече:
Ее безумие – болезнь, а не каприз.
Так будь он проклят, что пришел в тот вечер,
И не предвидел будущий сюрприз!
Она ему премило улыбалась,
А он загадочно смотрел на дверь.
Заранее смеялась и прощалась,
Но, в чем подвох, он понял лишь теперь…
Осталось взять из спальни одеяло,
Укрыть ее, забыться и уйти
Из этого холодного подвала…
И чай купить за рубль по пути.

(с) Анна Лагунова-Юннис

Я спрятала дерево Жизни в лесу...
Я спрятала дерево Жизни в лесу;
И каждую ночь подруг я своих:
Волчицу-царицу, принцессу-лису
Зову делить трапезу лишь на троих

Под деревом этим, средь сотен огней
Глаз девственных звёзд, их сияющих лиц
Мы делимся снами уснувших детей,
Вкушаем мы кровь ненавистных нам птиц.

Так жарок костёр, посвящённый Луне;
Но угли и искры не тронут стопы.
А утром вокруг нас на мёртвой земле
Увядшие, вновь не воскреснут цветы.

А ты же, вкусившее сладость души,
Сытое дерево в чёрном лесу,
Расти, расцветай, живи и дыши…
И в жертву тебе я подруг принесу!

(с) Анна Лагунова-Юннис

Имя мне Смерть
Я ногами в ванне, телом в свете,
Я смываю грязь с усталых ног,
Кровь твою, которой на паркете
Начертила карту ста дорог:
Долгий путь – сто разных направлений,
Путешествия твоей судьбы,
Счастья и несчастья ответвленья,
Тропы радости и горести мосты.
Это жизнь моя, моя работа;
У меня свой путь, такой, как есть.
Может быть, умеет лучше кто-то?
Побороться с ним сочту за честь.
Но живёт в моей душе обида,
Если есть во мне вообще душа.
Мне всё можно, мне всё слышно,
Мне всё видно…
Но одна я, не видна и не слышна.
Имя «Смерть» мне! Трепещите, души!
И живое сердце трепещи!
Ты шепни, остановись, послушай…
Отзовусь…
Но лучше не спеши!

(с) Анна Лагунова-Юннис

Почувствуй дорогу в ад
Почувствуй дорогу в ад.
(Прости, говорю невпопад).
Почувствуй ее под собой,
Ее нарастающий вой,
Ее приглашающий зов…
Смещаются стрелки часов.
И с каждым смещением - год,
Виток, переход, поворот.
Иди, подавляя свой страх.
Три века прошло на часах.
Здесь утра не будет, пойми.
Иль шествуй вперед иль умри.
Лицо свое ветру подставь
И мысли все в прошлом оставь.
Дороги пульсирует кровь.
Забудь уж про стрелки часов!
По чувствам – смелей наугад
Дорогой, несущейся в ад.


(с) Анна Лагунова-Юннис

Ночь разрешает кусать
Месяц уйдёт на покой,
Пустит Ночь в полную власть
Править уснувшей Землёй.
Стая, голодную пасть
Жадно пытаясь набить
Будет искать и скулить,
Где бы на жертву напасть;
Ночь разрешает убить,
Ночь разрешает кусать.
Младшая дочь её, Мгла,
Яростно гасит огни.
В Башне до самой зари
Будут шептаться слова –
Мага послания Тьме.
Слушает та смельчака;
Чертит послушно рука
Звёзды в подарок Зиме…

(с) Анна Лагунова-Юннис

Демон
Спина изгибается рьяно.
В молитве сложились руки.
Мне больно стоять прямо,
Не в силах стерпеть муки.
Меня нарекли «Демон».
Меня обличали люди.
Но где же ваш рай, где он?
Его никогда не будет!
Хулите мою природу,
Да холите свою веру.
Я пью вашу кровь - не воду!
И где же ваш бог, где он?!
Вы сами – как волчья стая,
И злостью своею схожи.
Убейте ж меня, пока я
Не начал плевать вам в рожи!

(с) Анна Лагунова-Юннис



Инкуб
Что в голове монашки той,
Так резко потупившей взгляд?
Что видит та ночной порой,
Покуда сёстры её спят?
И вроде нимб над головой
И скромной черницы наряд,
Но не заметит лишь слепой,
Как синие глаза горят.
И как отчаянно рука
Сжимает крестик на груди.
О, как она к себе строга!
А ей ведь нет и двадцати.
Я сотни раз вздыхал по ней.
Но сам себя на том ловлю,
Что будь она на миг моей,
Я затоскую, разлюблю…
О, одеяний чёрных власть!
И я во снах своих инкуб.
Бывает, чувствую я страсть
Тех милых приоткрытых губ…

(с) Анна Лагунова-Юннис

Через решётку стальных снегопадов
Через решётку стальных снегопадов
Мне до тебя дотянуться б рукой.
Но под вниманием пристальных взглядов
Я становлюсь совершенно другой:
Губы в ухмылке кривлю, устрашая.
Крылья купаю в мазуте ночей.
Вроде бы миг…но теперь я чужая.
И призываю подручных – чертей.
Это агония. Выдохнув скорбью,
Я скрепя сердце порву на куски
Что-то такое, что звал ты любовью,
Что-то, что лечит меня от тоски…
Ты не поймёшь. Я же нас защищаю!
В северной башне мне век коротать
Только за то, что тебя…обожаю…
Только за то, что твоей мне не стать…

(с) Анна Лагунова-Юннис
Категория: Стихи | Добавил: newsmav
Просмотров: 1509 | Загрузок: 0 | Комментарии: 3
РЕКЛАМА 3
Всего комментариев: 3
1  
Жизнь, начало, плач, слова
Радость, счастье, детский сад
Смех, пустая голова
Двор, веселье, детвора
Жизнь, любовь, другой, другая
Бросить, кинуть и уйти
Ночь, один, любя, рыдая
Позабыть, терять, найти
Стих, неразделённая любовь
Муки, боль, страданья, грусть
Слёзы, готика, печаль
Жизнь, зачем, не нужно, пусть
Верёвка, мыло - суицид
Поезд, вены, нож, мышьяк
Помнит, любит и простит
Жить, зачем, ни с кем, никак
Гроб, могила, саван, крест
Слёзы, плач, слова, цветы
Здесь ещё так много мест
Будешь здесь лежать и ты

*******************­******

Когда ты хочешь умереть
Но хочешь жить всегда и вечно
Когда ты хочешь всё стереть
Бежать до станции конечной.

Остаться здесь - но быть лишь там
Закрыть глаза - смотреть на звезды
Всё для себя - ничто для нас
Всё для других - себе лишь грёзы.

И постоянно: мрачно... грустно
И постоянно: смех сквозь слёзы
Когда в душе всё время пусто
Как в лепестках той чёрной розы.

Когда ту пустоту в душе
Заполнишь музыкой тяжёлой
Свобода...замкнутос­ть в себе
На веки вечные оковы.

То знай тебя одно спасёт,
Поможет, вырвет из могилы.
Вокруг лишь готика, ты - гот.
Свободен в клетке, раб - в долине.

*******************­**************

ПОСЛЕДНИЙ ВАЛЬС
Кто, вспомнив эту ночь с любовью,
Зажжет свечу во имя нас?
Сегодня, истекая кровью,
Танцуем мы последний вальс.
Твои прекрасные одежды
Окрашены в кровавый цвет.
И места нет былой надежде,
И прежней жизни тоже нет.
Скажи, зачем я на рассвете
В последний раз нажму курок?
Чтоб завтра в утренней газете
Читали люди некролог?
Чтоб нас красиво хоронили,
Поскольку так заведено?
Чтобы рыдали на могиле
Фальшиво, как в плохом кино?
А, может, просто мы устали
Прислуживать чужим богам?
Нас в каждом нашем дне распяли,
Но не построили нам храм.
Скажи теперь, моя царица,
Покуда не остыла кровь,
Кто станет на тебя молиться,
И кто подарит мне любовь?
Нас обвенчали с вечной злобой,
С презреньем бренной суеты.
Кто будет слезы лить у гроба,
К могиле принесет цветы?
Ты громко тяжело вздыхаешь,
Тебя охватывает дрожь.
Ты счастлива, поскольку знаешь,
Что этой ночью ты умрешь.
Твое дыхание слабеет,
Теряет блеск прекрасный взгляд,
Все больше тело холодеет,
И нет уже пути назад.
А я вскрываю свои вены,
Чтобы с тобою умереть.
Я ни о чем не пожалею,
Как ты не сможешь пожалеть.
Прощай, жестокая сансара, -
Тебя бросаю навсегда.
И смерть передо мною стала,
Как благородная звезда.
Откроются врата забвенья,
И кровь моя забьет ключом.
В свои последние мгновенья
Не пожалею ни о чем.
О чем сказать тебе, не знаю, -
Мне не хватает бренных фраз.
Луна, сестра моя родная,
Прошу, молись, молись за нас!
Любимая, мы были вместе,
И вместе будем мы навек.
Я умираю ради смерти.
Да, я счастливый человек.
Любимая, я был несчастным,
Ты тоже, но теперь нас нет.
На празднике ты будешь в красном, -
Тебе к лицу кровавый цвет.

2  
*******************­***************
В вечернем сумраке, безмолвном и тревожном,
Шуршат, пылая, вечности листы;
В застывшем сердце прошлое до дрожи
Волнует душу первозданной пустоты.

Нас было шестеро, я - самый первый
Увидел свет мерцающих светил,
И кровью клялся Каину быть верным
У липких развороченных могил.

Тогда во тьме, голодные вампиры,
Мы все давали Каину обет
Переменить порядки в этом мире,
Зашторить дымом ненавистный свет.

Прошли столетья, полные сражений
И алой крови стонущих детей,
Убитых в тишине без сожалений, -
Как рыба из расставленных сетей.

Мы не жалели времени и силы,
Земля дрожала под ногами тьмы,
И род людской, беспомощный и хилый,
Рабами стал закрывшейся тюрьмы.

Вокруг столицы кольцами обвился
Алтарь богов, несущий смрад и дым;
Тому никто из нас ничуть не удивился, -
От гари Солнце сделалось седым...

Прекрасная пора... Но черви скуки
Все чаще разъедали наш покой,
И вновь послышались знакомые всем звуки
Войны вампиров... но - между собой.

Но нам-то что? Мы у кормила власти,
Кто выживет - над тем устроим суд,
Предатели и прочие напасти
Нам не нужны; уж ты не обессудь.

Но иногда бывало и такое,
Что мы держали страшное пари:
Кто выживет - оставим жить в покое,
Кто проиграл - не встретит и зари...

Но эти игры просто так - забавы ради,
Другое волновало нас тогда;
И ктоб из смертных с нами в битве сладил, -
От их побед давно уж ни следа...

Да, мы сильны, но кровь питает тело,
А души в нас растут, словно цветы;
И раз за разом мудрость и уменья
Приходят к нам с небесной высоты.

И вместе с ними изменялась внешность,
Неся с собою крылья и клыки,
И странную волнующую нежность
К чуть теплым трупам ночью у реки.

Увы! Не знаю, как случилось,
Я окрылен был раньше остальных;
У Лорда тьмы, и то не получилось,
Сколь он не бился в действиях пустых.

Я не умел еще летать, но перед Лордом
Расправил крылья, вестники небес...
Но Каин вдруг как волк оскалил морду
С клыками, будто темный лес.

Меня схватили, приговор недолог...
Лорд Каин, чтоб он сдох, завистливый глупец...
Смерть подошла, отбрасывая полог,
Надеждам, власти наступал конец.

Все шестеро меня тащили к месту казни,
Вот и оно шумит передо мной...
Взглянуть туда нет силы без боязни, -
Накроет взгляд удушливой волной.

Последний миг, - в душе у бывших братьев
Теснятся грусть, смущение и страх,
Украдкой незаметное пожатье
И слезы закипают на глазах...

Разжались руки - и стремглав в пучину
Я полетел пронзительной стрелой,
Еще пытаясь отыскать причину
Столь ранней ссоры с собственной судьбой...

Ну а потом пришли потоки боли,
Жестокий жар среди проклятых вод,
Но я в своих желаниях не волен,
А то давно узрел бы небосвод.

Века прошли невыносимой пыткой,
Но вдруг, слегка открыв глаза,
Увидел мир, прозрачный, тонкий, зыбкий,
Как кем-то оброненная слеза...

Боль отступала, и сквозь нить эфира,
Сквозь пелену я слышал чьи-то голоса:
"Вампир, ты в новом, незнакомом мире,
Сражайся, и увидишь небеса.

*******************­**********

3  
Мне лучше лежать,
Ведь все-таки я - мертвец,
И греет гнилью холодный склеп,
Ржавчиной пахнет доспех.

Снаружи веют другие ветра,
Не помнят они моих,
И мертвое знамя лежит на мне,
Словно без смеха - смех.

Улыбкой скалюсь - приди, мой враг!
Ты видишь, теперь я мертв,
Бояться нечего, быль такова,
Что ты пережил нас всех.

Я был последним, кто шел за тобой,
Забыв про сладость сна,
Жизнь прошла мимо, любовь прошла...
Отметим же твой успех!

Умей прощать, говорили мне,
Иначе не жить - а ждать,
И месть - это, в общем-то, тоже грех.
Как пить? Как любить? Как лгать?!

Мой склеп надежен,
Словно тюрьма, кладке износа нет,
Дубовых столбов поминальный ряд
Держит гранитный верх.

Лет вереница, червей приплод.
Что лучше считать? Как знать...
Скрипнула дверь. Да чтоб я истлел!
Меня пришли поминать.

Камень рычит, в знамя - молотом свет,
Мой враг? Почему мне не встать?!
Не дрогнули плечи, и рук - как нет...
...На грудь мне легли цветы.

Прости, сказал он мне,
Прости и - спокойно спать!
Я - тот, кто сумел пережить вас всех,
Теперь я умею прощать.

Хорошо, мой враг, ответил я,
Хорошо, да - я буду спать.
Как одуряюще пахнут цветы...
Спасибо. Пора умирать.

Осколки чести и павшим знак,
И склепа могильный вздох,
Прогнили столбы, мой любимый враг!
Выдержишь тяжесть плиты?!

Нам лучше лежать,
Ведь все-таки мы - мертвецы,
И греет гнилью холодный склеп,
Ржавчиной пахнут цветы.

*******************­******

Апокалипсис
Заря. День новый идет.
Никто не знает что он с собою несет...
Пеплом и дымом все небо затмит.
И тот свет мертвыми будет забит.
Начнут тогда из могил вылезать,
Убийц своих будут искать.
Огонь из земли, огонь и с небес,
Из каждого тела вырвится бес.
И у всех людей разум затмится
И будут они все в ярости биться...
И станут они друг друга толкать,
Топтать, пинать и от смерти бежать.
И брат поднимет руку на брата,
Лишь дьяволу будет все это отрада...
В день роковой остановится время.
И мир не выдержит тяжелое бремя,
Зло поглотит его из нутра.
И останется лишь одна пустота..

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]